Я прошел мимо автозаправочной станции и собирался пересечь Мореходную, когда увидел движущийся справа самосвал. В его кузове, возвышаясь метра на два над бортами, была нагружена куча металлолома, кое-как закрепленная с боков спинками от кроватей.
-Сейчас, при развороте, все это завалится на проезжую часть - решил я.
Машина вывернула на улицу Крылова и плавно остановилась. Гора, вульгарно, как груди полных женщин, занимающихся бегом трусцой, поколебалась и замерла. К самосвалу медленно начал двигаться, незамеченный мною раньше, пожилой лейтенант ГАИ.
- Сейчас, ленивый осел, получишь на всю катушку, - подумал я о бежавшем уже навстречу милиционеру на полусогнутых ногах водителе, - это же надо, хотя бы для вида обтянул верх тросом. За свою лень будешь расплачиваться по полной схеме: штраф и разгрузишь, как минимум половину груза на газон. И заплатишь стражу порядка за то, чтобы он присмотрел за сырьем, пока ты в Речпорту разгружаться будешь. Все равно ему здесь торчать. А не заплатишь - ребята с соседнего двора все перенесут на ближайший приемный пункт.

Водитель бежал на полусогнутых ногах не в переносном, а в прямом смысле слова: угол между бедром и берцовой костью составлял не более 105?. Чудеса. Нормальный человек так бегать не может.
- Результат травмы или болезни, - предположил я. – Тогда как же выдали права?

- Да у нас все возможно, - вспомнилось мне. За взятку даже слепому разрешат рулить. Что делать? Такая жизнь. Хочешь, например, бизнес свершить, в Турцию за дешевыми тряпками съездить? Загранпаспорт нужен. Два месяца по правилам его жди. Потом еще два – без правил. А со взяткой – три дня.

Если кафе заимел – плати сан. эпидемстанции. В любом случае: если в подсобке помоями залит даже потолок и если чистота, как в спальне новобрачных. При чем сумма взятки в обеих случаях одинаковая.

Пожарникам тоже надо жить. Предъявляешь помещение, все из железобетона: потолок, пол, стены; дверь – металлическая, кабель – в трубах защитных, пожарная магистраль постоянно под давлением 10 атмосфер – плати. Столько же, как если бы оно было из пересушенных досок, а водозаборная колонка на соседней улице.

Хочешь в исполкоме получить разрешение на строительство? И не надейся: без взятки фокус не пройдет. И когда возведешь – еще дашь, что бы узаконили.

Ничего не поделаешь. Таков менталитет. Брали взятки и воровали во все времена и при всех властях. И при советской. Правда, тогда надо было платить, когда хотел взять то, что тебе «не полагалось».

Живешь, например, вчетвером в однокомнатной квартире, стоишь в очереди на жилье 15 лет. Подошла очередь – получай: двухкомнатную, комнаты смежные, 28 м2. А девочки уже взрослые, а жена не старая, секса еще хочется. В Америке положено (П+1) комнат, где «П» - это количество жильцов. Ну, понятно, у нас не Америка.

Ну дайте тогда, пожалуйста, из расчета (П-1) – три комнаты. Нельзя, не положено. Надо было рожать разнополых или еще одного. Ну где ж теперь успеть? Пока туда-сюда, пока родишь, пока документы будут регистрировать, уже и охота к сексу пропадет. А за взятку можно было и трехкомнатную, без пятого жильца.

Сапоги захотел жене купить. Итальянские. Дорогие – 140 рублей. Но ноги у жены больно красивые, как в молодости, хотя к 40 уже подбирается. Но и за 140 просто так не купишь – мало этих сапог, поэтому надо на «лапу дать». Жмотничаешь, не хочешь давать: покупай отечественные – за 80. Страшноватые, конечно, и голенища в гармошку сразу соберутся, как морщины на лбу у старика, но получше все-таки солдатских кирзовых.

И при капитализме то же самое было. Крылов Алексей Николаевич, кораблестроитель знаменитый восклицал: «всякий подрядчик – мошенник, все чиновники – взяточники».

А при феодализме? Второй, после царя человек в государстве – Меньшиков: вор и взяточник. А чем хуже его наш современник Паша Лазаренко? Разве друзья и знакомые поймут, что находясь на высоком посту себя не обеспечил? «Дурак»,- скажут. А «дурак» экономику в стране не поднимет.

Правда, Меньшиков отечество еще защищал: в Полтавской битве под ядрами шведскими на коне скакал. А Паша так, без боев, денежки государственные умыкнул. Ну и ничего, не страшно; главное, чтобы войны не было.
Так что, во все времена, не бравшие взятки считались бунтовщиками ибо нарушали гармонию, а если и зачешется в строй чиновьего люда мутант, взяток не берущий, пожмут плечами только: Чудак! Ну и пускай себе на зарплату существует. Каждому свое.
Водитель остановился в метрах трех от меня и протянул лейтенанту документы. Он продолжал сгибать ноги и стоял не на ступне, а на кончиках пальцев.

- Во дает, - позавидовал я, - талант, Эсанбаев.
Милиционер, вяло перелистал удостоверение и еще какие-то бумаги , ни слова не говоря, вернул их владельцу, развернулся и пошел назад.

- Не может быть, - удивился я – между листами не были вложены деньги. Я же все время смотрел на руки лейтенанта. Он ничего не вынимал из документов водителя. Чудеса.

Оглянувшись, я увидел спину шофера, он удалялся упругой спортивной походкой, ноги были прямыми. Ловко запрыгнув в кабину, водитель тронул машину с места. Гора лома подозрительно качнулась, но опять устояла.
Лейтенант, стоявший на противоположной стороне, смотрел вслед самосвалу. В его взгляде была уверенность: металлолом без происшествий дойдет до места назначения.

- Откуда такая уверенность? Наверное учился когда-то в Кораблестроительном институте (а на верфях сейчас безработица, вот и перешел работать в силовые структуры) и прикинул, что момент инерции будет недостаточный, чтобы завалить кучу – трение между листами не позволит. У Неженцева учился. Точно. Тот такой. В любую башку знания вобьет.

Справа опять оказался самосвал с «хлебом металлургии». На этот раз в кузове были тяжелые гушки, которые еле выглядывали из-за борта. Все было в порядке, придраться было не к чему. Но я все равно заспешил прочь, чтобы вдруг иллюзия не разрушилась.
Завернув за девятиэтажки, я двинулся мимо здания, в котором размещался филиал Одесского университета. Здесь, на юридическом факультете, занимался мой сын. Дорогое это удовольствие теперь учиться – 500 долларов за семестр надо платить. Приходится приворовывать где только возможно. А что делать, если сын решил стать прокурором? Откуда у него эта блажь? Чудак.

Ситнеев Мих.